Идея богословия Кальвина – убедиться в своем спасении. Никто не мог описать обращение Жана, а сам он говорил, что это был процесс. Когда рождается ребенок ему на руку закрепляют клеенчатую ленту, где указывают дату и время рождения. Кальвин как глубокий сторонник Августина вероятно связывал покаяние с водным крещением младенцев, как и предвечное пред избрание ко спасению.  Но чтоб обосновать уверенность в «вечной безопасности» необходимо было создать ряд богословских опор, из чего получилась пятиступенчатая башня:
1. Абсолютная мертвость и безволие человека,
2. Предвечное предопределение одних ко спасению, а других к погибели,
3. Ограниченное искупление,
4. Неотразимая благодать,
5. Вечная безопасность, сохранность святых».
Лорен Боттнер пишет: «Это учение представляет собой необходимую часть кальвинистской богословской системы. Учение об избрании и реальной благодати логически подразумевают обязательное спасение получающих эти благословения. Если Бог абсолютно и безоговорочно избрал людей к вечной жизни, и если Дух Святой эффективно распространяет на них блага искупления, нельзя не прийти к выводу, что эти люди получат спасение».
Центральной доктриной своих философских измышлений Жан ставит суверенитет Бога, исходя из текста: «Ибо все из Него, Им и к Нему. Ему слава во веки, аминь» (Рим.11:36). Перед этой фразой Апостол Павел пришёл к выводу: «Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!» (Рим.11:33). Но Кальвин вторгся в то, чего разуметь не смог, а своим рациональным умом адвоката свёл суверенитет Бога к ответственности и за добро, и за зло. «Правило благочестия таково: только рука Божья управляет счастливыми и несчастными судьбами. И не по безрассудному порыву, а согласно совершенной справедливости, раздаёт людям добро и зло». («Наставление в христианской вере» книга 3, гл. VII, 10). Возлагая всё в суверенитет Бога, он и грех, и смерть приписывает происхождением от Него, а не от человека. «Пророк говорит, что Бог, живущий на небесах, творит всё что хочет (Пс.113/114:11). И я уже достаточно ясно показал, что Бог именуется первоисточником всего, что, как болтают эти надзиратели над Ним, случается по его пассивному позволению. Бог же утверждает, что именно Он образует свет и творит тьму, производит добро и зло (Ис.45:7) и что нет такого бедствия, которого бы Он не попустил (Амос.3:6)».
Можно прийти к выводу, что в центре кальвинистического богословия стоит человеческая логика (первоначально античная), основанная на неверной предпосылке о суверенитете Бога. Именно эта логика породила многие ошибочные предположения и искаженные толкования, чтобы кальвинизм сформировать в систему. Сам Кальвин считал, что его богословие свободно от ошибок и является ключом к пониманию Писания и за последние четыре века многие стали считать систему богословия Кальвина непогрешимой нормой, на основании которой оцениваются все формы экзегетики и систематизации доктрин. А в Женеве он установил закон богохульства, караемый государством за несогласие с его теологическими выводами. Эти убеждения и сегодня препятствует многим богословам запада объективно изучать Священное Писание и образовывать истинное Библейское учение. «Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением (Кол.2:8), дабы мы не были более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения, по лукавству человеков, по хитрому искусству обольщения» (Еф.4:14).
Для иллюстрации заблуждения Кальвина можно привести известный диалог профессора со студентом: Профессор в университете однажды решил доказать своим студентам, что Бог — это миф и задал им такой вопрос. — «Все, что существует, создано Богом?» Один студент смело ответил: — «Да, создано Богом!» — «Бог создал все?» — спросил профессор. — «Да, сэр», — ответил студент. Профессор спросил: — «Если Бог создал все, значит Бог создал и зло, раз оно существует. И согласно тому принципу, что наши дела определяют нас самих, значит Бог есть зло». Студент притих, услышав такой ответ. Профессор же был очень доволен собой и похвалился студентам. Другой студент поднял руку и сказал: — «Могу я задать вам вопрос, профессор?» — «Конечно», — ответил профессор. Студент поднялся и спросил: — «Профессор, холод существует?» — «Что за вопрос? Конечно, существует. Тебе никогда не было холодно?» Студенты засмеялись над вопросом молодого человека. Молодой человек ответил: — «На самом деле, сэр, холода не существует. В соответствии с законами физики, то, что мы считаем холодом, является отсутствием тепла… Затем студент продолжил: — «Профессор, темнота существует?» Профессор ответил: — «Конечно, существует». Студент ответил: — «Вы опять неправы, сэр. Темноты также не существует. Темнота в действительности есть отсутствие света. Простой луч света может ворваться в мир темноты и уничтожить его». В конце молодой человек спросил профессора: — «Сэр, зло существует?» На этот раз неуверенно, профессор ответил: — «Конечно, как я уже сказал. Мы видим его каждый день. Жестокость между людьми, множество преступлений и насилия по всему миру. Эти примеры являются не чем иным как проявлением зла». На это студент ответил: — «Зла не существует, сэр, или по крайней мере его не существует для него самого. Зло это просто отсутствие Бога. Оно похоже на темноту и холод – слова, созданные человеком чтобы описать отсутствие Бога. Бог не создавал зла. Зло — это результат отсутствия в сердце человека Тепла и Света Божественной любви». Профессор сел… Имя студента было – Альберт Эйнштейн.​
О кальвинизме мы знаем 5 богословских позиций ведущих к «сохранности святых в вечной безопасности». Первой в основании считается учение безусловного избрания, что подразумевает, предвечное предизбрание людей ко спасению, основываясь только на суверенной воле Бога, а не на факторах, зависящих от человека. Библия говорит, что у Бога есть предвечное предопределение спасенных, имена которых вписаны в книгу жизни прежде их появления на свет, но у Бога нет завтра, Он вечно Сущий и знает все до конца прежде его бытия. «Ведомы Богу от вечности все дела Его» (Деян.15:18). «Я возвещаю от начала, что будет в конце, (Говорит Господь) и от древних времен то, что еще не сделалось, говорю: Мой совет состоится, и все, что Мне угодно, Я сделаю» (Ис.46:10). Поэтому Его предопределение основано на предвидении кто поверит во Христа как Спасителя. «Притом знаем, что любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу. Ибо кого Он предузнал, тем и предопределил быть подобными образу Сына Своего, дабы Он был первородным между многими братиями. А кого Он предопределил, тех и призвал, а кого призвал, тех и оправдал; а кого оправдал, тех и прославил» (Рим.8:28-30).
Библейская хронология спасения:
1. Предузнал;
2. Предопределил;
3. Призвал;
4. Оправдал;
5. Прославил.
Всему предшествует решение Сына Божия стать жертвой искупления за падший мир. «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословивший нас во Христе всяким духовным благословением в небесах, так как Он избрал нас в Нем прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны пред Ним в любви, предопределив усыновить нас Себе чрез Иисуса Христа, по благоволению воли Своей» (Еф.1:3-5). Предизбрание Божие людей ко спасению основано на Его предведении (1Пет.1:2; Рим.8:29). «Зародыш мой видели очи Твои; в Твоей книге записаны все дни, для меня назначенные, когда ни одного из них еще не было» (Пс.137:16). «И было ко мне слово Господне: прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя» (Иер.1:4,5). «Итак, не стыдись свидетельства Господа нашего Иисуса Христа, ни меня, узника Его; но страдай с благовестием Христовым силою Бога, спасшего нас и призвавшего званием святым, не по делам нашим, но по Своему изволению и благодати, данной нам во Христе Иисусе {прежде вековых времен, открывшейся же ныне явлением Спасителя нашего Иисуса Христа, разрушившего смерть и явившего жизнь и нетление через благовестие, для которого я поставлен проповедником и Апостолом и учителем язычников» 2Тим.1:8-11
Если снять слой богословской пыли, то не трудно будет понять куда ведут пять направлений в богословских мыслях Кальвина и его последователей.  Они воплотили задумку древнего змея посеять сомнение в праведности и благости Бога и дать обещание вечной безопасности - «нет, не умрете», и возложить всю ответственность за зло на Бога. «Бог связал Сатану узами своей власти и не позволяет делать ничего, что не было бы угодно Ему Самому. Таким образом, дьявол волей-неволей служит Творцу и вынужден исполнять то, что предписывает ему божественное повеление». («Наставление в христианской вере» XIV гл. 17). Вместо слова «допущение», Кальвин приписывает Богу зло сатаны. «Я же говорю, что воры, убийцы и прочие злодеи суть орудия божественного провидения, которыми Господь пользуется для осуществления своих предрешённых приговоров; но отрицаю, что на этом основании они могут быть оправданы». («Наставление в христианской вере» гл. XVII 5). «Ранее же было сказано, что бесы и отверженные в своём падении и бунте совершили, насколько это было в их силах, то, чего Бог вовсе не хотел. Но поскольку Божье могущество бесконечно, им удалось не то, что было ими задумано, потому что, поступая против воли Божьей, они не смогли избежать того, что Бог осуществил через них свою волю. Об этом - восклицание: «Велики дела Господа, вожделенны для всех любящих оные» (Пс.110-111:2). Так даже то, что совершается против воли Божьей, чудесным и невыразимым образом не совершается помимо его воли, потому что, если бы Он не позволил, этого бы не произошло!» («Наставление в христианской вере» гл. XVIII 3). В заключении своей первой книги Кальвин подводит итог: «Думаю, я уже достаточно ясно показал, что в одном и то же деянии обнаруживается преступность и злодейство людей и сияет праведность Бога». Как продолжение к этому хочется привести слова Апостола Павла: «Ибо, если верность Божия возвышается моею неверностью к славе Божией, за что еще меня же судить, как грешника? И не делать ли нам зло, чтобы вышло добро, как некоторые злословят нас и говорят, будто мы так учим? Праведен суд на таковых» (Рим.3:7,8).
Извращённое грехом, но не утерянное подобие Божие в человеке, через совесть отличает его от прочих тварей земных. «о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую» (Рим.2:15). К сожалению, люди в погоне за «свободой» во все дозволенной, распутной, сластолюбивой жизни заглушают, оскверняют и зачастую сжигают голос совести своей. А разработанная система исключает роль человека в спасении его души, возлагая всю ответственность на Бога, что очень приемлемо плотским христианам. Во главу своих философских изысканий Кальвин, как и все религиозные люди ставит загробную жизнь – вечную безопасность. Идею «сохранности и безопасности», Жан взял не из предположения Августа, а от «древнего змея», который заявил Еве: «И сказал змей жене: нет, не умрете» (Быт.3:4), даже если съедите запретный плод.  Богословие «змея» не изменилось, только под прикрытием Библейских текстов выражается в доктринах антихриста, который формирует свою церковь блудницу – вседозволенности и процветания. Поэтому Павел писал Коринфянам, уклоняющимся в эту сторону: «Но боюсь, чтобы, как змий хитростью своею прельстил Еву, так и ваши умы не повредились, [уклонившись] от простоты во Христе» (2Кор.11:3). Ставя во главу уверенность в спасении, Кальвин своей религиозной философией заменил свидетельство Духа Божия. «Верующий в Сына Божия имеет свидетельство в себе самом; не верующий Богу представляет Его лживым, потому что не верует в свидетельство, которым Бог свидетельствовал о Сыне Своем. Свидетельство сие состоит в том, что Бог даровал нам жизнь вечную, и сия жизнь в Сыне Его» (1Иоан.5:10,11).
Джон С. Фейнберг, в книге «Бог, свобода и зло кальвинистского мышления», признаёт: «Иногда было бы легче не быть кальвинистом. У каждой концептуальной структуры есть ярлык с указанием цены, но тот, который принадлежит кальвинизму, кажется, выходит за пределы человеческого разума. Кальвинисты придерживаются взглядов, которые кажутся, по крайней мере, противоречащими здравому смыслу. Это особенно верно в отношении к кальвинистскому описанию Божьего суверенного контроля по отношению к свободе человека и моральной ответственности за зло. Если кальвинисты правы в вопросе суверенитета Бога, то остаётся не так много места для свободы человека. Если нет свободы, то также нет и моральной ответственности человека за грех. Хуже всего то, что если кальвинисты правы, то создаётся впечатление, что один Бог принимает решение о существовании греха и зла в нашем мире и даже, может быть, служит причиной того, что это зло есть. И всё же, согласно кальвинистам, Бог не несёт моральной ответственности за зло. Мы несём. Если это Бог кальвинизма, то кальвинизм производит впечатление не только интеллектуального банкрота, но также и религиозного. Кто мог бы поклоняться такому Богу? Более того, если атеисты принимают этот портрет Бога за образец традиционного христианства, то неудивительно, что они питают такую неприязнь к христианству. Хотя убеждённые атеисты скорее всего не оставят атеизм ради какого бы то ни было представления о Боге, по крайней мере арминистский портрет Бога выглядит более привлекательно, чем кальвинистский».
После прочтения этой работы, которой было потрачено тридцать лет и две семинарии вы придете к выводу, что Жан Кальвин имел однобокое познание Бога в Его всемогуществе и власти, потому темноту, холод и зло приписал Богу. Последующим кальвинистам эта позиция импонирует, как и Дортскому собору, ибо она делает из христианской веры удобную, секулярную религию. Они принимают прощение за все будущие грехи, что порождает свободу желаниям и распутству. Они перекладывают на плечи Бога всю ответственность как в вопросе спасения, так и в вопросе освящения. Кальвин не познал сущность Бога в справедливости и любви. «И прошел Господь пред лицем его и возгласил: Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый, и истинный» (Исх.34:6).
«Если все пункты кальвинизма представляют цепную систему богословия, то если можно доказать, что хотя бы один из этих пунктов противоречит Писанию, то вся (сотериологическая) система должна разрушиться» - Джон С. Фейнберг.