Вавилонская башня Жана Кальвина

«Если все пункты кавинизма представляют цепную систему богословия, то если можно доказать, что хотя бы один из этих пунктов противоречит Писанию, то вся (сотериологическая) система должна разрушиться» - Джон С. Фейнберг. В одной из глав под названием «Бог, свобода и зло кальвинистского мышления», признаёт: «Иногда было бы легче не быть кальвинистом. У каждой концептуальной структуры есть ярлык с указанием цены, но тот, который принадлежит кальвинизму, кажется выходит за пределы человеческого разума. Кальвинисты придерживаются взглядов, которые кажутся, по крайней мере, противоречащими здравому смыслу. Это особенно верно в отношении к кальвинистскому описанию Божьего суверенного контроля по отношению к свободе человека и моральной ответственности за зло. Если кальвинисты правы в вопросе суверенитета Бога, то остаётся не так много места для свободы человека. Если нет свободы, то также нет и моральной ответственности человека за грех. Хуже всего то, что если кальвинисты правы, то создаётся впечатление, что один Бог принимает решение о существовании греха и зла в нашем мире и даже, может быть, служит причиной того, что это зло есть. И всё же, согласно кальвинистам, Бог не несёт моральной ответственности за зло. Мы несём. Если это Бог кальвинизма, то кальвинизм производит впечатление не только интеллектуального банкрота, но также и религиозного. Кто мог бы поклоняться такому Богу? Более того, если атеисты принимают этот портрет Бога за образец традиционного христианства, то неудивительно, что они питают такую неприязнь к христианству. Хотя убеждённые атеисты скорее всего не оставят атеизм ради какого бы то ни было представления о Боге, по крайней мере арминистский портрет Бога выглядит более привлекательно, чем кальвинистский». Мы приходим к выводу, что в центре кальвинистического богословия стоит человеческая логика (первоначально античная), основанная на неверной предпосылке о суверенитете Бога. Именно эта логика требовала многих ошибочных предположений и искаженных толкований для того, чтобы система кальвинизма могла быть сформирована в систему. Сам Кальвин считал, что его богословие свободно от ошибок и является ключом к пониманию Писания и за последние четыре века многие стали считать систему богословия Кальвина непогрешимой нормой, на основании которой оцениваются все формы экзегетики и систематизации доктрин. Это предположение препятствует многим объективно изучать Священное Писание и образовывать истинное Библейское богословие. «Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу» (Кол.2:8)
Если снять слой богословской пыли, то не трудно будет понять куда ведут пять направлений в богословских мыслях Кальвина и его последователей.  Они воплотили задумку древнего змея посеять сомнение в праведности и благости Бога и возложить всю ответственность за зло на Него. «Бог связал Сатану узами своей власти и не позволяет делать ничего, что не было бы угодно Ему самому. Таким образом, дьявол волей-неволей служит Творцу и вынужден исполнять то, что предписывает ему божественное повеление». («Наставление в христианской вере» XIV гл. 17) Вместо слова «допущение», Кальвин приписывает Богу зло сатаны. «Я же говорю, что воры, убийцы и прочие злодеи суть орудия божественного провидения, которыми Господь пользуется для осуществления своих предрешённых приговоров; но отрицаю, что на этом основании они могут быть оправданы». («Наставление в христианской вере» гл. XVII 5). «Ранее же было сказано, что бесы и отверженные в своём падении и бунте совершили, насколько это было в их силах, то, чего Бог вовсе не хотел. Но поскольку Божье могущество бесконечно, им удалось не то, что было ими задумано, потому что, поступая против воли Божьей, они не смогли избежать того, что Бог осуществил через них свою волю. Об этом - восклицание: «Велики дела Господа, вожделенны для всех любящих оные» (Пс.110-111:2). Так даже то, что совершается против воли Божьей, чудесным и невыразимым образом не совершается помимо его воли, потому что, если бы Он не позволил, этого бы не произошло!» («Наставление в христианской вере» гл. XVIII 3). В заключении своей первой книги Кальвин подводит итог: «Думаю, я уже достаточно ясно показал, что в одном и то же деянии обнаруживается преступность и злодейство людей и сияет праведность Бога». Как продолжение к ним хочется привести слова Апостола Павла: «Ибо, если верность Божия возвышается моею неверностью к славе Божией, за что еще меня же судить, как грешника? И не делать ли нам зло, чтобы вышло добро, как некоторые злословят нас и говорят, будто мы так учим? Праведен суд на таковых» (Рим.3:7,8). Жана, как и всех грешных людей беспокоил вопрос спасения души и он вместо искреннего смирения и обращения к Богу, изобрёл из вырванных из контекста Библии систему убеждения сохранности и безопасности. Извращённое грехом, но не утерянное подобие Божие в человеке, через совесть отличает его от прочих тварей земных. «о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую» (Рим.2:15). К сожалению люди в погоне за «свободой» во все дозволенной, распутной, сластолюбивой жизни заглушают, оскверняют и зачастую сжигают голос совести своей. А разработанная система исключает роль человека в спасении его души, возлагая всю ответственность на Бога, что очень приемлемо плотским христианам. Во главу своих философских изысканий Кальвин, как и все религиозные люди ставит загробную жизнь – вечную безопасность. Идею «сохранности и безопасности», Жан взял не из предположения Августа, а от «древнего змея», который заявил Еве: «И сказал змей жене: нет, не умрете» (Быт.3:4), даже если съедите запретный плод.  Богословие «змея» не изменилось, только под прикрытием Библейских текстов выражается в доктринах антихриста, который формирует свою церковь блудницу – вседозволенности и процветания. Поэтому Павел писал Коринфянам, уклоняющимся в эту сторону: «Но боюсь, чтобы, как змий хитростью своею прельстил Еву, так и ваши умы не повредились, [уклонившись] от простоты во Христе» (2Кор.11:3). Ставя во главу уверенность в спасении, Кальвин своей религиозной философией заменил свидетельство Духа Божия. «Верующий в Сына Божия имеет свидетельство в себе самом; не верующий Богу представляет Его лживым, потому что не верует в свидетельство, которым Бог свидетельствовал о Сыне Своем. Свидетельство сие состоит в том, что Бог даровал нам жизнь вечную, и сия жизнь в Сыне Его» (1Иоан.5:10,11). Чтоб утвердить своё свидетельство Жану потребовались ряд подпорок, которые его последователи выразили в последующих четырёх доктринах. За исходную позиции он взял «конченность» человека, не способного к выбору и решениям. Суверенностью Бога, Жан объяснил «безусловное, произвольное предопределение» одних ко спасению, а следовательно других к погибели. Чтоб утвердить своё понимание предвечного избрания Кальвину пришлось «ограничить Божественную жертву искупления» кругом пред избранных. А чтоб объяснить механизм их призвания ко спасению, он выдвинул небиблейскую и нелогическую теорию «неотразимой благодати». Которая стала обоснованием неспособности и безучастности человека в своём выборе. Логика рассуждений очевидна: если Бог безусловно избрал тех, кто спасен, и привел их к спасению посредством неодолимой благодати, то Он неизбежно доведет начатое дело до конца. Если бы избранный на каком-то этапе потерял спасение, то это означало бы неэффективность Божьего избрания к вечной жизни. Поэтому, сказав «а» (безусловное избрание), кальвинисты должны сказать и «б» (неотступность святых). В результате получилась башня для вхождения в небо – «врата неба» - Вавилон. Лорен Боттнер пишет: «Это учение представляет собой необходимую часть кальвинистской богословской системы. Учение об избрании и реальной благодати логически подразумевают обязательное спасение получающих эти благословения. Если Бог абсолютно и безоговорочно избрал людей к вечной жизни, и если Дух Святой эффективно распространяет на них блага искупления, нельзя не прийти к выводу, что эти люди получат спасение». Состояние реформаторской церкви, обратившейся к жизни во Христе, благодаря этой идеи богословияотносится к церкви последних дняй: "ты носишь имя, будто жив, но ты мертв". Поэтому ее состояние выражено в словах Христа: "Вспомни, что ты принял и слышал, и храни и покайся. Если же не будешь бодрствовать, то Я найду на тебя, как тать, и ты не узнаешь, в который час найду на тебя. Впрочем у тебя в Сардисе есть несколько человек, которые не осквернили одежд своих, и будут ходить со Мною в белых [одеждах], ибо они достойны. Побеждающий облечется в белые одежды; и не изглажу имени его из книги жизни, и исповедаю имя его пред Отцем Моим и пред Ангелами Его" (Откр.3:1-5).

Читать книгу - ОБРАТНАЯ СТОРОНА

About the author: Иванилов Сергей

Leave a Reply

Your email address will not be published.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.